Три года без Кузьмы Скрябина

Кузьма

Сайт «Сегодня» накануне памятного концерта пообщался с участниками коллектива Ольгой Лизгуновой и Алексеем Зволинским о том, какой след в их жизни оставил Кузьма, и почему коллеги и друзья вспоминают его с особым теплом
ПИСАЛ ПРОСТЫМИ СЛОВАМИ 
О СЛОЖНЫХ ВЕЩАХ

Фронтвумен «Скрябина» Ольга Лизгунова вспоминает потрясающее чувство юмора Кузьмы
 
«Я его считаю творческим отцом, он многому меня научил. Он как большая птица, а мы под его крыльями», — Ольга Лизгунова, фронтвумен группы «Скрябин»

Ольга Лизгунова: «Меня когда выгнали из эстрадно-циркового, я думала, что умею петь. Кузьма показал, что я петь не умею. У него так: хочешь плавать? — Плыви. Тебя толкают, ты барахтаешься. Выйдешь — молодец. Не выйдешь — ну что ж… То есть, не было того, что «подготовки-репетиции». Первая твоя репетиция — на концерте! Он научил меня мобилизации, быстро реагировать на ситуацию. Учил меня чувствовать людей. Устали люди или не устали. Он научил меня быстро ориентироваться в ситуации, быстро мыслить, без зажима сразу идти нападать. Конечно, еще чувство юмора. Он писал простыми словами о сложных вещах. И он мог рассказывать историю, и использовать такие эпитеты! Я не знаю, как это приходило в его светлую голову, но это было, во-первых, очень смешно, а во-вторых, так эпично и красиво, что ты удивляешься, откуда это! Опять же, он вдохновляет меня. При написании песен я думаю: «а как бы он сказал, как бы он сформулировал?». Его главный девиз в творчестве — в песне должна быть история. Если в песне нет истории, значит песни не будет. Я считаю, это прекрасная формула написания новой песни, стиха и так далее»

«ОН МОГ ЗАЙТИ В ЛЮБОЕ ОБЩЕСТВО 
И МОМЕНТАЛЬНО ВОКРУГ СЕБЯ ЭТО ОБЩЕСТВО ОБЪЕДИНИТЬ»
 

АЛЕКСЕЙ ЗВОЛИНСКИЙ, ГИТАРИСТ ГРУППЫ «СКРЯБИН»: «Просто гениальная харизма была у этого человека, я больше такого не видел»
Алексей Зволинский: Он мог зайти в любое общество, и моментально вокруг себя это общество объединить, и в результате все общество хохочет безудержно. 

Просто гениальная харизма была у этого человека, я больше такого не видел. На всех концертах это свойство помогало. 

Был концерт днем в каком-то ресторане. Все мутные, трезвые. Он ходил-ходил, было ему скучно на этой сцене, спел пару песен, выставил ряд стаканов, выгнал всех из-за столов, говорит: «бухайте, а потом будем играть концерт. Я вижу, день не настраивает вас на нужный лад». Все хильнули по стакану, расслабились. 

Умел сократить дистанцию между людьми. Им не важно было пить. Им нужно было внимание и ажиотаж. Все закрутилось-завертелось, и прошел днем концерт отлично. Это было в середине двухтысячных. 
«Это был человек-ураган
Он везде хотел успеть, никогда не сидел на одном месте»

Ольга Лизгунова:
Тексты к нему приходили в любой момент. Он мог пить чай, есть что-то, мог ехать в машине, брать диктофон и напевать то, что пришло ему в голову. Оно приходило ему тут и сейчас. Этот момент он сразу ловил. У него всегда был блокнот или телефон, он мог в дороге набирать, на заправке, везде. Не было такого: «я сейчас сяду писать текст». В любое время, в любой момент, где угодно, как угодно 
Был всегда очень занятым. Практически каждый день у него был расписан по минутам. Я могу сказать так. Он везде хотел успеть, никогда не сидел на одном месте. Это был человек-ураган. Он заходил в комнату, все начинало буквально вращаться. Такая энергия! Я не знаю, как он успевал читать книги, писать книги, писать песни, вести корпоративы, быть ведущим на многих телеканалах и радио, еще и выступать на концертах и путешествовать. Он летал, и его тяжело было поймать. 
«Не хватает идеолога, не хватает друга, не хватает 15 лет жизни»
 
Алексей Зволинский: Я что до этого не встречал ничего подобного, что после. Никто его не заменил. Ниша осталась свободна. Тексты, музыка нестандартная, гармонии не такие, как у всех. Она самобытная. Правдивые тексты, и можно было петь его песни, имея «никакой» вокал. 
Не хватает идеолога, не хватает друга, не хватает 15 лет жизни, не хватает того опыта, который был приобретен с ним, и чтобы этим опытом можно было пользоваться в его окружении. Без него все перевернулось. Все наши жизни, группы «Скрябин» и ее участников, поменялись вообще. Мы выросли. Стали взрослее. Сейчас Оля поет, она тянет на себе работу фронтмена, насколько получается. Но получается лучше и лучше. Потому, что нам приходится теперь за себя самим отвечать. Отвечать за свои поступки, ни на кого не полагаясь. Вот чего не хватает. Нельзя с ним посоветоваться. 
Ольга Лизгунова: Первое ощущение — это пустота и незнание что делать. Легкая паника. Кузьма покрывал собой несколько жизней. Я считаю его творческим отцом, он многому меня научил. Он как большая птица, а мы под его крыльями. Было всегда надежно, в любой момент ты знаешь, что можешь ему позвонить, обратиться. Большая поддержка и защита. Когда случилось это все, мы стали беззащитные, маленькие. Не знали, куда идти, что делать. Шок, неизвестность. У меня в то время даже не было слез. Не могла плакать. 
Позвонила менеджер того тура, это был тур, заключительный концерт в Кривом Роге, он прошел отлично. Кузьма был на большом творческом подъеме, сказал: «Я відчув себе Іггі Попом». Концерт был просто офигенный. На следующее утро он спешил в аэропорт, ему нужно было лететь в Прагу, если я не ошибаюсь. Позвонил менеджер, которая ехала с ним, и сказала, что такая штука случилась. И мы сразу приехали на место аварии. 

«В ПЕСНЕ ДОЛЖНА БЫТЬ ИСТОРИЯ»
«ЕСЛИ В ПЕСНЕ НЕТ ИСТОРИИ, ЗНАЧИТ ПЕСНИ НЕ БУДЕТ»

Коллега Кузьмы Ольга Лизгунова расскывает, как появлялись новые композиции Андрея Кузьменко
Ольга Лизгунова: Все истории из жизни. Старый «Скрябин» — это его впечатления, переживания. Ближе к современному — это уже истории из жизни, которые были с ним. 
Песня «Руина»: мы ехали на Западную Украину, в Коломию, в его машине, «Секвойе», и он просто ехал и снимал. Всю дорогу. И все. Была так написана песня.

Скрябін — Руїна. Відеокліп
Ці кадри були зняті протягом чотирихгодинної поїздки по маршруту Миколаїв-Калуш-Івано-Франківськ-Тернопіль-Кременець-Дубно-Луцьк. Ми звикаємо до того, що оточує нас, а коли бачимо це на екрані — воно ШОКУЄ! Це — наша країна. Це — ми з Вами! І, повірте, зі сторони ми виглядаємо страшно! І це всього-навсього 320 км із 150000 км шосейних доріг України. Ми пересувалися виключно центральними трасами! Уявіть собі, що робиться в стороні від них. 
«ОН ЛЮБИЛ СВОЮ СТРАНУ. ОН — РЕАЛЬНЫЙ ПАТРИОТ»
Ольга Лизгунова:
Все, что его волновало, все, что происходило в стране — он тоже об этом писал. Он не мог молчать. Он видел, что что-то происходит, и тут же писал песню. И это ощущается, что он реально переживал за свою страну. Он любил свою страну. Он — реальный патриот. Он был против любой власти, он всегда был с народом, насколько я это увидела. И о том, что его волновало — он пел. 

Многие Кузьму воспринимают как «хорошее чувство юмора, хаха, поржать». Оно-то да. Но если бы не чувство юмора, я не знаю, что бы с ним было. Чувство юмора реально его спасло. Потому что он очень переживал. Особенно в последние моменты. К нему многие люди обращались за помощью, и было видно, насколько это его задевает, и насколько ему больно за свою страну и за свой народ. 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *